Добро пожаловать на страницу посвящённую охоте и рыбалке, экстремальному туризму и путешествиям.     
-
Сделать стартовойДобавить в закладки   
Главная страница / Интересное рядом. / Литературные страницы /

Про Сахалин.

Разделы: Еще в рубрике:






powered by


[ регистрация ]



Просто Стихи

Автор/Редактор: Aborigen
Опубликовано: 19.10.2010

Александр Галич

Я выбираю свободу

Сердце мое заштопано,
В серой пыли виски,
Но я выбираю Свободу,
И - свистите по все свистки!

И лопается терпенье,
И тыячи три рубак
Вострят, словно финки, перья,
Спускают с цепи собак.

Брест и Унгены заперты,
Дозоры и там, и тут,
И все меня ждут на Западе,
Но только напрасно ждут!

Я выбираю Свободу -
Но не из боя, а в бой,
Я выбираю свободу
Быть просто самим собой.

И это моя Свобода,
Нужны ли слова ясней?!
И это моя забота -
Как мне поладить с ней!

Но слаще, чем ваши байки,
Мне гордость моей беды,
Свобода казенной пайки,
Свобода глотка воды.

Я выбираю Свободу,
Я пью с ней нынче на «ты».
Я выбираю свободу
Норильска и Воркуты,

Где вновь огородной тяпкой
Над всходами пляшет кнут,
Где пулею или тряпкой
Однажды мне рот заткнут,

Но славно звенит дорога
И каждый приют как храм.
А пуля весит немного -
Не больше, чем восемь грамм.

Я выбираю Свободу -
Пускай груба и ряба,
А вы - валяйте, по капле
Выдавливайте раба!

По капле и есть по капле _
Пользительно и хитро,
По капле - это на Капри,
А нам - подставляй ведро!

А нам - подставляй корыто,
И встанем по всей красе!
Не тайно, не шито-крыто,
А чтоб любовались все!

Я выбираю Свободу,
И знайте, не я один!

...И мне говорит «свобода»:
- Ну что ж, - говорит, - одевайтесь,
И пройдемте-ка, гражданин.

<1970>


Увеличить, кликни на фото

ПОСЛЕДНИЕ СТИХИ

Читая «Литературную газету» 183 (405)
Последняя песня 184 (406)

ЭъГАЛИЧ_
1919-1977
Александр Аркадьевич Гинзбург - Галич родился 19 октября
1919 года. Его рано проявившийся поэтический дар был отмечен
Эдуардом Багрицким. В 1935 году он поступил в Литературный институт,
где проучился 2 курса. Галич бросил институт и перешел в
студию при МХАТе, возглавляемую К. С. Станиславским. Надо заметить,
что «перейти» было не так просто - конкурс в 1937 году
(году поступления) был 600 человек на место. При поступлении
К. С. Станиславский сказал о Галиче: «Актером не станет, но толк
будет...». В 1987 году отмечалось 50 летие студии, в которой в то
же время что и А. А. Галич учились Зиновий Гердт, Исай Кузнецов,
Левинсон (актер), Агранович (кинорежиссер).

Во время войны Галич работал во фронтовом театре.
С 1945 года он становится профессиональным драматургом. В
СССР поставлены 10 его пьес, в том числе «Вас вызывает Таймыр».
Спектаклем «Матросская тишина» должен был открыться в 1957 году
театр «Современник», но эту пьесу не пропустили и театр открылся
пьесой Розова «Вечно живые». Для театра имени Вахтангова Галич
писал стихи к пьесе Арбузова «Город на заре». Вместе с Вентцель
А. А. Галич написал сценарии «За проходной» /1962 год/, «Будни и
праздники» /1967-1968 годы/.

А. А. Галич - автор сценариев фильмов «Верные друзья», «На
семи ветрах», «Чайковский», где прозвучали такие его песни,
как:" До свидания мама..."," Плыла, качалась лодочка по Яузе
реке...".

Концом его легальных выступлений явился концерт в Новосибирске
в 1968 году, в то же время появилась разгромная статья в
«Комсомольской правде». В начале 70-х годов по настоянию члена
Политбюро ЦК КПСС Д. С. Полянского Галича исключают из Союза Писателей.
Его исключают также из Союза Кинематографистов и из
Литфонда. В 1974 году нагнетаемая атмосфера травли и враждебности
вокруг Галича вынуждает поэта покинуть Советский Союз.
А. А. Галич погиб 15 декабря 1977 года. Он был похоронен на
русском кладбище Сен-Женевьев-де-Буа около Парижа.

Карусель городов и гостиниц,
Запах грима и пыль париков...
Я кружу, как подбитый эсминец,
Далеко от родных берегов.
Чья-то мина сработала чисто,
И, должно быть, впервые всерьез
В древенеющих пальцах радиста
Дребезжит безнадежное «SOS».
Видно старость - жестокий гостинец,
Не повесишь на гвоздь, как пальто.
Я тону, пораженный эсминец,
Но об этом не знает никто!
Где-то слушают чьи-то приказы,
И на стенах анонсов мазня,
И стоят терпеливо у кассы
Те, кто все еще верят в меня.
Сколько было дорог и отелей,
И постелей, и мерзких простынь,
Скольких я разномастных Офелий
Навсегда отослал в монастырь!
Вот - придворные пятятся задом,
Сыпят пудру с фальшивых седин,
Вот - уходят статисты, и с залом
Остаюсь я один на один.
Я один! И пустые подмостки,
Мне судьбу этой драмы решать...
И уже на галерке подростки
Забывают на время дышать.
Цепенея от старческой астмы,
Я стою в перекрестье огня.
Захудалые, вялые астры
Ждут в актерской гримерной меня.
Много было их, нежных сирых,
Знавших славу мою и позор.
Я стою и собраться не в силах,
И не слышу, что шепчет суфлер.
Но в насмешку над немощным телом
Вдруг по коже волнения озноб.
Снова слово становится делом
И грозит потрясеньем основ.
И уже не по тексту Шекспира
(Я и помнить его не хочу), - Гражданин
полуумного мира,
Я одними губами шепчу: - РАСПАЛАСЬ
СВЯЗЬ ВРЕМЕН...
И морозец, морозец по коже,
И дрожит занесенный кулак
И шипят возмущенные ложи: - Он
наврал, у Шекспира не так!
Но галерка простит оговорки,
Сопричастна греху моему...
А в эсминце трещат переборки,
И волна накрывает волну.

ЭъВОЗВРАЩЕНИЕ НА ИТАКУ_
Памяти Осипа Эмильевича Мандельштама...

в квартире, где он жил, находились он,
Надежда Яковлевна и Анна Андреевна
Ахматова, которая приехала его навестить
из Ленинграда. И вот они сидели
все вместе, пока длился обыск, до утра,
и пока шел этот обыск, за стеною, тоже
до утра, у соседа их, Кирсанова, ничего
не знающего об обыске, запускали пластинки
с модной в ту пору гавайской гитарой...

«И только и света,
Что в звездной, колючей неправде.
А жизнь промелькнет
Театрального капора пеной,
И некому молвить
Из табора улицы темной...»
Мандельштам
Всю ночь за стеной ворковала гитара,
Сосед - прощалыга крутил юбилей,
A два понятых, словно два санитара,
A два понятых, словно два санитара,
Зевая, томились у черных дверей.
И жирные пальцы, с неспешной заботой,
Кромешной своей занимались работой,
И две королевы глядели в молчании,
Как пальцы копались в бумажном мочале.
Как жирно листали за книжкою книжку,
А сам-то король - все бочком,
да вприпрыжку,
Чтоб взглядом не выдать - не та ли
страница
Чтоб рядом не видеть безглазые лица!
А пальцы искали крамолу, крамолу...
А там за стеной все гоняли «Рамону»:
«Рамона, какой простор вокруг, взгляни,
Рамона, и в целом мире мы одни»
«...А жизнь промелькнет
Театрального капора пеной...»
И глядя как пальцы шуруют в обивке,
Вольно ж тебе было, он думал, вольно!
Глотай своего якобинства опивки!
Глотай своего якобинства опивки!
Не уксус еще, но уже не вино.

Щелкунчик - скворец, простофиля - Емеля,
Зачем ты ввязался в чужое похмелье?!
На что ты истратил свои золотые?!
И скучно следили за ним понятые...

А две королевы бездарно курили
И тоже казнили себя и корили - За
лень, за небрежный кивок на вокзале,
За все, что ему второпях не сказали...

А пальцы копались, и рвалась бумага...
А пел за стеной тенорок - бедолага:
«Рамона, моя любовь, мои мечты,
Рамона, везде и всюду только ты...»

«...И только и света,
Что в звездной, колючей неправде...»

По улице черной, за вороном черным,
За этой каретой, где окна крестом,
Я буду метаться в дозоре почетном,
Я буду метаться в дозоре почетном,
Пока, обессилев, не рухну пластом!

Но слово останется, слово осталось!
Не к слову, а к сердцу приходит усталость,
И хочешь, не хочешь - слезай с карусели,
И хочешь, не хочешь - конец одиссеи!

Но нас не помчат паруса на Итаку:
В наш век на Итаку везут по этапу,
Везут Одиссея в телячьем вагоне,
Где только и счастья, что нету погони!

Где, выпив «ханжи», на потеху вагону,
Блатарь - одессит распевает «Рамону»:
«Рамона, ты слышишь ветра нежный зов,
Рамона, ведь это песнь любви без слов...»
«...И некому, некому,
Некому молвить
Из табора улицы темной...»
ЭъТАК ЖИЛИ ПОЭТЫ_
В майский вечер, пронзительно дымный,
Всех побегов герой, всех погонь,
Как он мчал, бесноватый и дивный,
С золотыми копытами конь.
И металась могучая грива,
На ветру языками огня,
И звенела цыганская гривна,
Заплетенная в гриву коня.
Воплощенье веселого гнева,
Не крещенный позорным кнутом,
Как он мчал - все налево, налево...
И скрывался из виду потом.
Он, бывало, нам снится ночами,
Как живой - от копыт до седла.
Впрочем, все это было в начале,
А начало прекрасно всегда.
Но приходит с годами прозренье,
И томит наши души оно,
Словно горькое, твердое зелье
Подливает в хмельное вино.
Постарели мы и полысели,
И погашен волшебный огонь.
Лишь кружит на своей карусели
Сам себе опостылевший конь!
Ни печали не зная, ни гнева,
По-собачьи виляя хвостом
Он кружит все налево, налево,
И направо, направо потом.
И унылый сморчок - бедолага,
Медяками в кармане звеня,
Карусельщик - майор из ГУЛАГа,
Знай, гоняет по кругу коня!
В круглый мир, намалеваный кругло,
Круглый вход охраняет конвой...
И топочет дурацкая кукла,
И кружит деревянная кукла,
Притворяясь живой.
ЭъПОЕЗД_
Ни гневом, ни порицаньем
Давно уже мы не бряцаем:
Здороваемся с подлецами,
Раскланиваемся с полицаем.
Не рвемся ни в бой, ни в поиск - Все
праведно, все душевно.
Но помни - отходит поезд!
Ты слышишь? Уходит поезд
Сегодня и ежедневно.
А мы балагурим, а мы куролесим,
Нам недругов лесть, как вода из колодца!
А где-то по рельсам, по рельсам, по рельсам - Колеса,
колеса, колеса, колеса...
Такой у нас нрав спокойный,
Что без никаких стараний
Нам кажется путь окольный
Кратчайшим из расстояний.
Оплачен страховки полис,
Готовит обед царевна...
Но помни - отходит поезд,
Сегодня и ежедневно.

Мы пол отциклюем, мы полки повесим,
Что б нашему раю - ни краю, ни сноса.
А где-то по рельсам, по рельсам, по рельсам - Колеса,
колеса, колеса, колеса...

От скорости века в сонности
Живем мы, в живых не значась...
Непротивление совести - Удобнейшее
из чудачеств!

И только порой под сердцем
Кольнет тоскливо и гневно - Уходит
наш поезд в Освенцим
Сегодня и ежедневно!

А как наши судьбы - как будто похожи - И
на гору вместе, и вместе с откоса!
Но вечно - по рельсам, по сердцу, по коже - Колеса,
колеса, колеса, колеса...
ЭъЯ ВЫБИРАЮ СВОБОДУ_
Сердце мое заштопано,
В серой пыли виски,
Но я выбираю Свободу,
И - свистите во все свистки!
И лопается терпенье,
И тысячи три рубак
Вострят, словно финки, перья,
Спускают с цепи собак.
Брест и Унгены заперты,
Дозоры и там, и тут,
И все меня ждут на Западе,
Но только напрасно ждут!
Я выбираю Свободу, - Но
не из боя, а в бой,
Я выбираю свободу
Быть просто самим собой.
И это моя Свобода,
Нужны ли слова ясней?!
И это моя забота - Как
мне поладить с ней.
Но слаще, чем ваши байки,
Мне гордость моей беды,
Свобода казенной пайки,
Свобода глотка воды.
Я выбираю Свободу,
Я пью с нею нынче на «ты»,
Я выбираю свободу
Норильска и Воркуты.
Где вновь огородной тяпкой
Над всходами пляшет кнут,
Где пулею или тряпкой
Однажды мне рот заткнут.
Но славно звенит дорога,
И каждый приют, как храм,
А пуля весит немного - Не
больше, чем восемь грамм.
Я выбираю Свободу, - Пускай
груба и ряба,
А вы, валяйте, по капле
«Выдавливайте раба»!
По капле и есть по капле - Пользительно
и хитро,
По капле - это на Капри,
А нам - подставляй ведро!
А нам - подавай корыто,
И встанем во всей красе!
Не тайно, не шито-крыто,
А чтоб любовались все!
Я выбираю Свободу,
И знайте не я один!
И мне говорит «свобода»:
«Ну, что ж, говорит, одевайтесь
И пройдемте-ка гражданин».
ЭъЕЩЕ РАЗ О ЧЕРТЕ_
Я считал слонов и в нечет и в чет,
И все-таки я не уснул,
И тут явился ко мне мой черт,
И уселся верхом на стул.
И сказал мой черт: «Ну, как старина,
Ну, как же мы порешим?
Подпишем союз, и айда в стремена,
И еще чуток погрешим!»
И ты можешь лгать и можешь блудить,
И друзей предавать гуртом!
А то, что придется потом платить,
Так ведь это ж, пойми, - потом!
Но зато ты узнаешь, как сладок грех
Этой горькой порой седин.
И что счастье не в том, что один за всех,
А в том, что все - как один!
И ты поймешь, что нет над тобой суда,
Нет проклятия прошлых лет.
Когда вместе со всеми ты скажешь - да!
И вместе со всеми - нет!
И ты будешь волков на земле плодить,
И учить их вилять хвостом!
А то, что придется потом платить,
Так ведь это ж, пойми, - потом!


И что душа? - прошлогодний снег!
А глядишь - пронесет и так!
В наш атомный век, в наш каменный век,
На совесть цена пятак!
И кому оно нужно, это «добро»,
Если всем дорога - в золу...
Так давай же, бери, старина, перо!
И вот здесь распишись, в «углу».

Тут черт потрогал мизинцем бровь...
И придвинул ко мне флакон,
И я спросил его: «Это кровь?»
«Чернила», - ответил он...

Аллилуя, аллилуя!
«Чернила», - ответил он.

ЭъМЫ НЕ ХУЖЕ ГОРАЦИЯ_
Вы такие нестерпимо ражие,
И такие, в сущности, примерные,
Все томят вас бури вернисажные,
Все шатают паводки премьерные.
Ходите, тишайшие, в неистовых,
Феями цензурными заняньканы!
Ну, а если - ни премьер, ни выставок,
Десять метров комната в Останкине!
Где улыбкой стражники - наставники
Не сияют благостно и святочно,
Но стоит картина на подрамнике,
Вот и все!
А этого достаточно!
Обсудив и совесть и бесстрашие
(Вроде не заложишь и не купишь их),
Ах, как вы присутствуете, ражие,
По карманам рассовавши кукиши!
Что ж, зовите небылицы былями,
Окликайте стражников по имени!
Бродят между ражими Добрынями
Тунеядцы Несторы и Пимены.

Их имен с эстрад не рассиропили,
В супер их не тискают облаточной,
«Эрика» берет четыре копии,
Вот и все!
А этого достаточно!

Время сеет ветры, мечет молнии,
Создает советы и комиссии,
Что ни день - фанфарное безмолвие
Славит многодумное безмыслие.

Бродит Кривда с полосы на полосу,
Делится с соседкой кривдой опытом.
Но гремит напетое вполголоса,
Но гудит прочитанное шопотом.

Ни партера нет, ни лож, ни яруса.
Клака не безумствует припадочно,
Есть магнитофон системы «Яуза»,
Вот и все!
А этого достаточно!
Есть, стоит картина на подрамнике!
Есть, отстукано четыре копии!
Есть магнитофон системы «Яуза»!
И этого достаточно!
ЭъПЕСНЯ О ПРЕКРАСНОЙ ДАМЕ_
Как мне странно, что ты жена,
Как мне странно, что ты жива!
А я-то думал, что просто
Ты мной воображена...
Не считайте себя виноватыми,
Не ищите себе наказанья,
Не смотрите на нас вороватыми,
Перепуганными глазами,
Будто призваны вы, будто позваны,
Нашу муку терпеньем мелете...
Ничего, что родились поздно вы, - Вы
все знаете, все умеете!
Как мне странно, что ты жена,
Как мне странно, что ты жива!
А я-то думал, что просто
Ты мной воображена...
Никаких вы не знали фортелей,
Вы не плыли бутырскими окнами,
У проклятых ворот в Лефортове
Вы не зябли ночами мокрыми.
Но ветрами подует грозными - Босиком
вы беду измерите!
Ничего, что родились поздно вы, - Вы
все знаете, все умеете!
Как мне странно, что ты жена,
Как мне странно, что ты жива!
А я-то думал, что просто
Ты мной воображена...

Не дарило нас время сладостью,
Раздавало горстями горькость,
Но великою вашей слабостью
Вы не жизнь нам спасли, а гордость!
Вам старицей не будет воздано,
И пройдем мы по веку ровно,
Ничего, что родились поздно вы, - Воевать
никогда не поздно!
Как мне страшно, что ты жена,
Как мне страшно, что ты жива!
В Ярославле, на пересылке,
Ты была воображена...
ЭъПЕСНЯ ПРО ОСТРОВА_
Говорят, что есть на свете острова,
Где растет на берегу забудь-трава,
Забудь о гордости, забудь про горести,
Забудь о подлости! Забудь про хворости!
Вот какие есть на свете острова!
Говорят, что где-то есть острова,
Где с похмелья не болит голова,
А сколько есть вина, пей все без просыху,
А после по морю ходи, как по суху!
Вот какие есть на свете острова!
Говорят, что где-то есть острова,
Где четыре не всегда дважды два,
Считай хоть до слепу - одна испарина,
Лишь то, что по сердцу, лишь то и правильно.
Вот какие есть на свете острова!
Говорят, что где-то есть острова,
Где неправда не бывает права!
Где совесть - надобность, а не солдатчина,
Где правда нажита, а не назначена!
Вот какие я придумал острова!
ЭъНЕОКОНЧЕННАЯ ПЕСНЯ_
Старики управляют миром,
Суетятся, как злые мыши,
Им по справке, выданной МИДом,
От семедисяти и выше.
Откружили в боях и вальсах,
Отмолили годам продление
И всведенных подагрой пальцах
Держат крепко брозды правленья.
По утрам их терзает кашель,
И поводят глазами шало
Над тарелками с манной кашей
Президенты Земного Шара!
Старики управляют миром,
Где обличья подобны маскам,
Пахнут весны - яичным мылом,
Пахнут зимы - камфорным маслом
В этом мире - ни слов, ни сути,
В этом мире - ни слез, ни крови!
А уж наши с тобою судьбы
Не играют и вовсе роли!

Им важнее, где рватьтся минам,
Им важнее, где быть границам...
Старики управляют миром,
Только им по ночам не спится.

А девчонка гуляет с милым,
А в лесу раскричалась птица!
Старики управляют миром,
Только им по ночам не спится.

А в саду набухает завязь,
А мальчишки трубят «по коням!»
И острее, чем совесть, - зависть
Старикам не дает покоя!

Грозный счет покоренным милям
Отчеркнет пожелтевший ноготь,
Старики управляют миром,
А вот сладить со сном - не могут!
ЭъПЕСНЯ О ПОСЛЕДНЕЙ ПРАВОТЕ_
Подстилая удачи соломки,
Охранять обещала и впредь.
Только есть на земле Миссалонги,
Где достанется мне умереть!
Где уже не пижон и не барин,
Ошалев от дорог и карет,
Я от тысячи истин, как Байрон,
Вдруг поверю, что истины нет!
Будет серый и скверный денечек,
Небо с морем сольются в одно.
И приятель мой, плут и доносчик,
Подольет мне отраву в вино!
Упадет на колени тетрадка,
И глаза мне затянет слюда,
Я скажу:" У меня лихорадка,
Для чего я приехал сюда?!"
И о том, что не в истине дело,
Я в последней пойму дурноте,
Я - мечтавший и ночно и денно
О несносной своей правоте!

А прятель, всплакнув для порядка,
Перейдет на возвышенный слог
И запишет в дневник:
«Лихорадка».
Он был прав, да простит его Бог!
ЭъУХОДЯТ ДРУЗЬЯ_
Уходят, уходят, уходят друзья,
Одни - в никуда, а другие - в князья...
В осенние дни, и в весенние дни,
Как будто в году воскресенья одни,
Уходят, уходят, уходят,
Уходят мои друзья!
Не спешите сообщить по секрету:
Я не верю вам, не верю, не верю!
Но приносят на рассвете газету,
И газета подтверждает потерю.
Знать бы загодя, кого сторониться,
А кому была б улыбка - причастьем!
Есть уходят на последней странице,
Но которые на первой - те чаще...
Уходят, уходят, уходят друзья,
Каюк одному, а другому - стезя.
Такой по столетию ветер гудит,
Что косит своих, и чужих не щадит.
Уходят, уходят, уходят,
Уходят мои друзья!

Мы мечтали о морях-океанах,
Собирались прямиком на Гавайи!
И, как спятивший трубач, спозаранок,
Уцелевших я друзей созываю.

Я на ощупь, и на вкус, и по весу,
Учиняю им поверку, но вскоре
Вновь приносят мне газету-повестку
К отбыванию повинности горя.

Уходят, уходят, уходят друзья!
Уходят, как в ночь эскадрон на рысях,
Им право - не право, им совесть - пустяк,
Одни наплюют, а другие простят!
Уходят, уходят, уходят,
Уходят мои друзья!

И когда потеря громом крушенья
Оглушила, полоснула по сердцу,
Не спешите сообщить в утешенье,
Что немало есть потерь по соседству.

Не дарите мне беду, словно сдачу,
Словно сдачу, словно гривенник стертый!
Я ведь все равно по мертвым не плачу - Я
ж не знаю, кто живой, а кто мертвый.

Уходят, уходят, уходят друзья,
Одни - в никуда, а другие - в князья...
В осенние дни, и в весенние дни,
Как будто в году ЭъЗАКЛИНАНИЕ_
Получил персональную пенсию,
Заглянул на часок в «Поплавок»,
Там ракушками пахнет и плесенью,
И в разводах мочи потолок.
И шашлык отрыгается свечкою,
И сулгуни воняет треской...
И сидеть ему лучше б над речкою,
Чем над этой пучиной морской.
Ой, ты море, море, море Черное,
Ты какое-то верченое-крученое!
Ты ведешь себя не по правилам,
Ты то Каином, то ты Авелем!
Помилуй мя, Господи, помилуй мя!
И по пляжу, где б под вечер по-двое
Брел один он, задумчив и хмур.
Это Черное, вздорное, подлое
Позволяет себе чересчур!
Волны катятся, чертовы бестии,
Не желают режим понимать!
Если б не был он нынче на пенсии,
Показал бы им кузькину мать!

Ой, ты море, море, море Черное,
Не подследственное жаль, не заключенное!
На Инту б тебя свел за дело я,
Ты б из черного стало белое!
Помилуй мя, Господи, помилуй мя!
И в гостинице странную, страшную,
Намечтал он с просонья мечту - Будто
Черное море под стражею
По этапу пригнали в Инту.

И блаженней блаженного во-Христе,
Раскурив сигарету «Маяк»,
Он глядел как ребятушки-вохровцы
Загоняют стихию в барак.

Ой, ты море, море, море Черное,
Ты теперь мне по закону порученное!
А мы обучены этой химии - Обращению
со стихиями!

Помилуй мя, Господи, помилуй мя!

И лежал он с блаженной улыбкою,
Даже скулы улыбка свела...
Но должно быть последней уликою
Та улыбка для смерти была.

И не встал он ни к утру, ни к вечеру,
Коридорный сходил за врачом,
Коридорная Божию свечку
Над счастливым зажгла палачом...

И шумело море, море, море Черное,
Море вольное, никем не прирученное,
И вело себя не по правилам - И
было Каином, и было Авелем!

Помилуй мя, Господи, в последний раз!
ЭъПЕСНЯ ИСХОДА_

Галиньке и Виктору
- мой прощальный подарок

«...но Идущий за мною
сильнее меня...»
от Матфея
Уезжаете?! Уезжайте - За
таможни и облака,
От прощальных рукопожатий
Похудела моя рука!
Я не плакальщик и не стража,
И в литавры не стану бить,
Уезжаете?! Воля ваша!
Значит так по сему и быть!
И плевать, что на сердце кисло,
Что прощанье, как в горле ком...
Больше нету ни сил, ни смысла
ставить ставку на этот кон!
Разыграешся только - только,
А уже из колоды - прыг! - Не
семерка, не туз, не тройка,
Окаяная дама пик!

И от этих усатых шатий,
От анкет и ночных тревог - Уезжаете?!
Уезжайте,
Улетайте! - и дай вам Бог!

Улетайте к неверной правде
От взаправдашних мертвых зон,
Только мертвых своих оставьте,
Не тревожте их мертвый сон.

Там - в Понарах и в Бабьем Яре, - Где
поныне и следа нет,
Лишь пронзительней запах гари
Будет жить еще сотни лет!

В Казахстане и в Магадане,
Среди снега и ковыля...
Разве есть земля богоданней
Чем безбожная та земля?!

И под мраморным обелиском
На распутице площадей,
Где, крещенным единых списком,
Превратила их смерть в людей!

А над ними шумят березы - У
деревьев свое родство!
А над ними звенят морозы
На Крещенье и Рождество!...

Я стою на пороге года - Ваш
сородич и ваш изгой,
Ваш последний певец исхода
Но за мною придет Другой!

На глаза нахлобучив шляпу,
Дерзкой рыбой, пробившей лед,
Он пойдет, не спеша по трапу
В отлетающий самолет!

Я стою... Велика ли странность?!
Я привычно машу рукой!
Уезжайте! А я останусь,
Я на этой земле останусь,
Кто-то должен, презрев усталость,
Наших мертвых стеречь покой!

20 декабря 1971 года.
ЭъПЕСНЯ О СИНЕЙ ПТИЦЕ_
Был я глупый тогда и сильный,
Все мечтал я о птице синей,
А нашел ее синий след - Заработал
пятнадцать лет:
Было время - за синий цвет
Получали пятнадцать лет!
Не солдатами - номерами,
Помирали мы, помирали.
От Караганды до Нарым - Вся
земля, как один нарыв!
Воркута, Инта, Магадан!
Кто вам жребий тот нагадал?!
То вас шмон трясет, а то цынга!
И чуть не треть зэка из ЦК.
Было время - за красный цвет
Добавляли по десять лет!
А когда пошли миром грозы - Мужики
на фронт, бабы в слезы!


Увеличить, кликни на фото


Свобода

Материал из Википедии — свободной энциклопедии

У этого термина существуют и другие значения, см. Свобода (значения).

Свобо́да — это наличие возможности выбора варианта и реализации (обеспечение) исхода события.

Отсутствие такого выбора и реализации выбора равносильно отсутствию свободы — несвободе. (см. также Степени свободы). Свобода в Викицитатнике?


Свобода - это отсутствие принуждения со стороны других людей. (см. также Либертарианство).

Свобода есть один из видов проявления случайности, направляемое свободой воли (намеренность воли, осознанная свобода) или стохастическим законом (непредсказуемость исхода события, неосознанная свобода). В этом смысле, понятие «свобода» противоположно понятию «необходимость».

В этике «свобода» связана с наличием свободной воли человека. Свобода воли налагает на человека ответственность и вменяет в заслугу его слова и поступки. Поступок считается нравственным только в том случае, если он совершается свободной волей, является свободным волеизъявлением субъекта. В этом смысле этика направлена на осознание человеком своей свободы и связанной с ней ответственности.

Абсолютная свобода — течение событий таким образом, чтобы воля каждого действующего лица в этих событиях не подвергалась насилию со стороны воли других действующих лиц или обстоятельств.

В «Декларации прав человека и гражданина» (1789, Франция) свобода трактуется как возможность «делать всё, что не наносит вреда другому: таким образом, осуществление естественных прав каждого человека ограничено лишь теми пределами, которые обеспечивают другим членам общества пользование теми же правами. Пределы эти могут быть определены только законом».

В праве свобода связана не просто с ответственностью субъекта за свои деяния, которая подразумевает его свободу воли, но и с мерой ответственности — вменяемости или невменяемости личности в момент совершения поступка. Выработка этой меры ответственности за деяние вызвано требованием справедливости, справедливого воздаяния — меры наказания.

В праве — закрепленная в конституции или ином законодательном акте возможность определённого поведения человека (например, свобода слова, свобода вероисповедания и т. д.). Категория «свобода» близка к понятию «право» в субъективном смысле, однако последнее предполагает наличие более или менее четкого юридического механизма для реализации и обычно соответствующей обязанности государства или другого субъекта совершить какое-либо действие (например, предоставить работу в случае права на труд). Напротив, юридическая свобода не имеет четкого механизма реализации, ей соответствует обязанность воздерживаться от совершения каких-либо нарушающих данную свободу действий.Как не странно, распространённой ошибкой является мнение о том что свобода слова является одним из составляющих свободы(с политической точки зрения), но тем не менее это не так. [1]

Свобода — средство для достижения цели и смысла жизни человека. У язычников идеалы свободы послужили основой создания демократического общества, классическим примером которого стали Афины в Древней Греции. В последние столетия к этим идеалам вернулось и современное общество.

Свобода — это осознанные действия человека, основанные на этике окружающего его общества.


Версия для печати ---> Версия для печати


Aborigen

Aborigen

Страна: Россия / Германия
Город: Планета Земля
Рыба: Лосось, форель, хариус, корюшка, крабы, креветки. Salmon, trout, a smelt, crabs, shrimps
моя анкета
16.04.2011 20:26

1.
Свобода - это осознанные действия человека, основанные на этике окружающего его общества.

Здравствуй, меня зовут Олег.
Прочел много твоих отчетов о походах и т.д. Хотелось бы побывать и пройти в таких местах. Я хоть и бывал, но география этих мест гораздо уже твоей. А по мироощущению примерно так чувствую:

Когда - нибудь
я уйду, не ищите средь мертвых,
и живых средь ненужно искать.
В домовине с крестом сонным
не хочу, и не буду дремать.

Не пойду ни в какие тоннели,
к свету в них я поход отложу.
И грехи сосчитав (все ли?),
я в свой старый рюкзак увяжу.

Попрошу я у бога отсрочки,
на коленях его умолю,
чтобы дал он хоть сто годочков
отслужить мне в таежном раю.

Умотавшись, до коликов в печени,
рвущий спину, поняг носить,
обниму, расцелую я реченьку -
грянусь в милую и буду пить.

Ношу я уложу на лабазе,
далеко от дорожных штрихов.
Чтоб никто не копался, не лазал
в мерзкой плоти моих грехов.

Не нужны все стволы боевые,
и зачем они духу лесному мне?
У меня есть стволы вековые -
все пихтовые, да сосновые.

Сотню лет отслужу и ныне,
вновь пред Ним полунаг, босиком.
- Ты сходи - скажет мне, - сыне,
посмотри что с твоим рюкзаком.

И поднявшись, от речки к лабазу,
с дрожью вдруг не смогу совладать.
Растащили зверюшки - заразы,
мой рюкзак, что не мог я поднять!

Нет Гордыни, нет Лени, нет Корысти,
повезло, что смирившись с судьбой,
хоть и тяжко, но в радости - горести
Честь и Совесть носил я с собой.

Улыбнется Сварожич мне весело,
яви в миг, перейдя рубикон.
И счастливой душою - песнею,
понимаю, что буду прощен!


Получил эти стихи от дальневосточника Олега.
У него поэтическая натура...


Aborigen

Aborigen

Страна: Россия / Германия
Город: Планета Земля
Рыба: Лосось, форель, хариус, корюшка, крабы, креветки. Salmon, trout, a smelt, crabs, shrimps
моя анкета
11.01.2012 19:59

2.
Все реже видимся с друзьями...

«Все реже видимся с друзьями
В потоке дел и суеты.
И почему не зная сами
Все реже дарим мы цветы.

Спорт отодвинут летней дачей
Взамен застолью Интернет.
И тащимся сутулой клячей
В осточертевший кабинет.

Летят года, как кот за мышью,
Мы ж смотрим жизнь со стороны.
Стремимся к спальному затишью,
Предпочитая танцам сны.

И лишь напившись в день рождения,
Когда уж мордой в винегрет,
На нас исходит Озарение,
Что лучше дружбы в мире нет.»

Валентин Мельников-сахалинский поэт и мой друг, выпустил уже несколько сборников лиричиских стихов...


ОСКУДНЕНИЕ ЧУВСТВ...

Оскуднение чувств, стекленение глаз,
Неизысканный вкус и на мизере пас.

Все продажно подряд,
Мчимся, как в колеснице.
За детьми недогляд -
Проще их за границу.

На экране спецназ,
Пир во время чумы.
Секс - легко на показ.
И во всем этом мы.

Мысль одна: не споткнуться,
Не упасть бы в дерьмо.
Вот бы в Детство вернуться.
Только где же Оно?

*2005*

"РАЗБРЕЛИСЬ НА РЫБАЛКЕ В СТОРОНЫ..."

Разбрелись на рыбалке в стороны,
Подсчитаем уловы потом.
И глядят удивленно вороны
За японским моим поплавком.

Речушка играет, плещется,
нервы мне успокаивая,
А мальки в мелководье тешатся,
Раз за разом съедая червя.

Но терпение победило:
Зачепился за что-то крючок.
Заводь волнами заходила
Это был уже не малек.

Изогнулось удилище с треском
И запела леска струной.
В лопухи улетела с всплеском,
Чешуйчатой спиной.

Задымился костер в распадке.
Был удачлив не я один.
Мы варили уху у палатки
И хвалили свой Сахалин.

*2005*


"МЕНЯ ОБИДЕЛ СОБСТВЕННЫЙ РЕБЕНОК..."

Меня обидел собственный ребенок.
Надеюсь, не подумав, невзначай.
И тот, кого я вырастил с пеленок,
Вдруг ранил мое сердце сгоряча.

С любимыми ведь так не поступают.
Смешно, когда тебе за шестьдесят,
А в горле ком, и слезы подступают:
"За что он так? Ведь я не виноват!"

Умом его, конечно же, прощаю.
Он должен Жизнь пройти своим путем,
Но мысленно от всей души желаю
Быть не обиженным своим дитем.

*2008*
----------
<i>Last edit by: aborigen at 11.01.2012 21:37:59</i>


Только зарегистрированные пользователи могут оставлять комментарии.
Работает на Textus ------ RSS сайта
Любая перепечатка или использование материалов только с предварительным, письменным разрешением, указанием автора, адреса и линка на сайт в видимом месте страницы с материалом.
Все права принадлежат авторам, странице aborigen.rybolov.de и будут защищены по закону.


Рыбалка - рыболовные снасти - Экскурсии по Берлину - Купить квартиру в Германии
- Дюссельдорф достопримечательности - Кёльн достопримечательности




??? ? ??????? ???????@Mail.ru Sakhalin Online Экстремальный портал VVV.RU